Бывший командир эскадрона Башкирской кавалерийской дивизии Бадри Мамбеткулов носил звание почетного гражданина двух городов - Сибая и Баймака. Бадри Мужавирович Мамбеткулов родился 3 мая 1911 года в в селе Темясово. Был директором Иткуловской сельской школы, заведовал Темясовской опорной школой. В 1938 году его призвали в Красную Армию. Окончил курсы командного состава. Воевал на финском фронте. С началом Великой Отечественной войны отважный командир был направлен в формируемую Башкирскую кавалерийскую дивизию, командовал эскадроном в полку Тагира Кусимова. Около пятисот посланцев Баймакского района влились в ряды дивизии. Но и Минигали Шаймуратов, и Тагир Кусимов выделяли из них молодого командира эскадрона Бадри Мамбеткулова. На другой же день после прибытия в дивизию для прохождения дальнейшей службы командир полка майор Кусимов побывал в эскадроне Мамбеткулова, познакомился с ним, посоветовал, какую лошадь выбрать для боевых походов. Кусимов знал толк в лошадях, ценил длинноногого с белыми боками аргамака, которого подарил ему директор Баймакского конезавода Авдей Житяев. Отважно сражался в боях против немецко-фашистских захватчиков Бадри Мамбеткулов со своими кавалеристами. В первой же схватке с фашистами на берегах Олыма комэск пресек наступление немцев на полк Кусимова. Проведя свой эскадрон по полю, поросшему рожью, он внезапно ударил по фашистскому батальону. Удар был таким неожиданным, ошеломляющим, что немцы валились наземь не поодиночке, а группами. Не довелось командиру эскадрона встретить на поле брани День Победы. В самом начале сталинградского наступления конники Кусимова не раз попадали в сложнейшие переплеты. Однажды оказался в кольце врагов и эскадрон Бадри Мамбеткулова. Тогда-то тяжело ранило комэска. В течение трех часов эскадрон отбивал атаки взбесившегося врага. Вот как рассказывал писателю Рамазану Уметбаеву об этом памятном дне сам Бадри Мамбеткулов, кавалер орденов Ленина, Отечественной войны, орденов Красной Звезды и многих медалей.
В первые же дни войны учителя-мужчины уходят на фронт. В апреле 1942 года, хотя мужчины его возраста уже не призывались, добровольцем уходит на фронт директор Темясовской НСШ орденоносец Сагитов А.Б. Как и везде в школе женщины заменяют ушедших на фронт мужчин. В 1943 году директором НСШ назначается Азаматова Х.Х., которая получила образование в Темясовской ШКМ, а затем в Темясовском педтехникуме. Свой трудовой путь она начинает как учитель башкирского языка в Юлукской школе, с 1941 года директор Сибайской НСШ, с 1943 по 1945 гг. директор Темясовской НСШ. В 1965 г. ей присуждено звание «Заслуженный учитель БАССР». Она была делегатом Всесоюзного съезда учителей, награждена медалями «За добросовестный труд в годы Великой Отечественной войны в 1941-1945 гг.», «В ознаменование 100-летия В.И. Ленина», Почетными грамотами.
Учителя-женщины не только вели уроки в нетопленых классах, но и сами заготавливали дрова для школы, наравне с колхозниками участвовали во всех сельхоз работах. Учеба начиналась в октябре месяце и заканчивалась в мае. Мальчики 5-7 классов уходили на посев и обычно больше в школу не возвращались: их некем было заменить. Девочек и мальчиков-подростков мобилизовали в Магнитогорское ФЗУ на торфоразработки.
Учительницы Ильясова Камал Ганиевна, Цепкина Лидия Григорьевна, Гималова, Абубакирова Фаузия Ахметовна, учитель Мусин Камиль Мусич и другие вместе со всеми женщинами села вынесли на своих плечах все тяготы военных лет.
Учительница Ильясова Камал Ганиевна после окончания экстерном Темясовского педучилища с 1937 года преподавала физику и математику в Темясовской НСШ, награждена медалями «За трудовое отличие», «За добросовестный труд в годы Великой Отечественной войны в 1941-45 гг.», множеством благодарственных и Почетных грамот. После Победы начали возвращаться учителя - мужчины, т.е. кто не погиб. Их было мало.
Председатель совета ветеранов 112-й (16) гвардейской Башкирской кавалерийской дивизии, бывший командир эскадрона Анвар Хатыпович Насыров о боевой доблести защитников Родины Память народная о боевой доблести защитников Родины вечна. Передаваясь из поколения в поколение, она живет в благодарных сердцах потомков. Вот и ныне, в преддверии 60-летия Победы юное поколение живо интересуется историей Великой Отечественной войны, участвует в поисках следов без вести пропавших, восстанавливает картины боевых действий. Словом, ничто из прошлого не предано забвению. Сочинения, рефераты учащихся на темы войны и Победы, написанные со знанием дела, говорят о зрелости мышления их авторов. Особое внимание в них уделено славному прошлому башкирских конников, проложивших победный путь от стен родного дома до Берлина и берегов Эльбы.
Как все это начиналось? Октябрь 1941 года. Фашистские войска на подступах к столице Москве. В эти очень тяжелые, я бы сказал, трагические для Родины дни правительство Башкирской республики от имени народа обратилось к Государственному Комитету Обороны с просьбой о разрешении сформировать две добровольческие кавалерийские дивизии за счет людских и материальных ресурсов республики.
13 ноября 1941 года была получена телеграмма: «Идя навстречу желаниям трудящихся Башкирской АССР, Государственный Комитет Обороны разрешает срочно формировать на территории республики две Башкирские кавалерийские дивизии. Номера дивизий: 112-я и 113-я. Желаем успеха. Председатель ГКО И. Сталин».
17 ноября 1941 года обком ВКП(б) и правительство республики на совместном заседании утвердили мероприятия по формированию двух добровольческих кавалерийских дивизий в основном из представителей местных национальностей – башкир и татар, крепких и морально устойчивых. Республика обеспечила воинов зимним обмундированием, конским составом, автотранспортом, повозками, упряжью, частично и оружием. Офицеры прибывали с фронтов Великой Отечественной войны, из резервов Уральского и Южно-Уральского военных округов, а также из городов и районов республики (в основном политработники). 25 декабря 1941 года на должность командира 112-й дивизии прибыл в Уфу гвардии полковник Шаймуратов. Он служил в Красной Армии начиная с 1919 года, имел высшее образование, богатый опыт. Шаймуратов – участник боев под Москвой в составе гвардейского кавалерийского корпуса прославленного генерала М. М. Доватора – был отозван с должности командира полка. Комиссаром дивизии был назначен секретарь Баймакского РК ВКБ(б) Мубаряк Зиганшевич Назыров. Командирами полков были назначены: 275-го кавполка – майор Кусимов Тагир Таипович, 294-го кавполка – капитан Нафиков Гарей Абдуллович, 313-го кавполка – майор Макаев Тариф Давлетович. Несмотря на сильные холода, в январе и феврале 1942 года продолжались полевые занятия, тактические учения, приближенные к боевой обстановке. Комдив М. М. Шаймуратов говорил нам, командирам подразделений: «Обучая своих подчиненных, вы обязаны учиться и сами. Нынешняя война очень сложна, враг хитер и коварен, его шапками не закидаешь». И сам постоянно участвовал в обучении командного и рядового состава.
(Использованы материалы из личного архива гвардии подполковника в отставке Исхака Идрисовича Гумерова). Двадцатый век в памяти человечества останется как век больших и малых войн, а начавшаяся семьдесят лет тому назад Вторая мировая война – как одна из самых жесточайших войн. Скоро мы отметим 65-летие решающего события Второй мировой войны – Победы над фашистской Германией. Из года в год редеют ряды ветеранов этой войны, очевидцев, тружеников тыла. Они уносят с собой в Лету свои бесценные воспоминания. Я вновь убедился в этом, соприкоснувшись с личными записями и письмами фронтовых товарищей из архива ветерана Великой Отечественной войны, командира 1050-го полка 30-й стрелковой дивизии 5-й Ударной армии подполковника Исхака Идрисовича Гумерова. Читая о событиях тех лет, нельзя не восхищаться тем, с каким мужеством и человечностью вели себя эти люди и в боях, и в будни. Об Исхаке Идрисовиче Гумерове и воинах его полка написано довольно много в военных мемуарах и на страницах печати. В последнее время были опубликованы и статьи, раскрывающие причины того, почему гвардии подполковнику И. И. Гумерову не были вручены награды, полагающиеся за его вклад в Берлинскую операцию, и не было присуждено последующее воинское звание. Материалы на эту тему вышли в свет на страницах газеты «Башкортостан» (1995, №№ 123 – 128) и журнала «Агидель» (2008, № 5, 2009, №5). Земляки бережно чтят память об отважном воине. Именем И.И. Гумерова названа одна из улиц города Баймака. По инициативе председателя Совета ветеранов района Буканбаева Равиля Якуповича в родной деревне героя Верхнем Мамбетове была открыта мемориальная доска. Этот шаг горячо поддержали Совет ветеранов района, районная библиотека, руководство сельского поселения Акмурунский сельский совет и жители деревни Мамбетово. Искренняя благодарность всем моим землякам и современникам, хранящим светлую память о легендарном солдате.
Для жителей Башкортостана уже давно не сенсация, что их земляк старший сержант Гази Загитов был тем человеком, кто водрузил Знамя Победы над Рейхстагом. О том, что точку в этой войне поставил уроженец Мишкинского района Башкортостана, а не Михаил Егоров и Мелитон Кантария, много и регулярно пишется с 1964 года. Выяснилось, что групп, которые водружали красное знамя над германским парламентом в те весенние дни 1945 года, было много. Однако именно Егорова и Кантарию отобрали для того, чтобы сделать официальными героями Великой Победы. Героями Советского Союза.
Как гласит Военная энциклопедия, изданная в 1995 году, первыми в 22 часа 30 минут (мск) 30 апреля 1945 года водрузили Знамя на крыше Рейхстага на скульптурной группе "Богиня Победы" артиллеристы-разведчики 136 армейской пушечной артбригады ст. сержанты Г.К.Загитов, А.П.Бобров, А.Ф. Лисименко, сержант М.П.Минин из состава штурмовой группы 79 стрелкового корпуса, возглавляемой капитаном В.Н. Маковым.
В Башкортостане идет кампания по сбору подписей за присвоение звания Героя России генералу М.М.Шаймуратову, командиру 112-й Башкирской (16-й гвардейской) кавалерийской дивизии. Юридических препятствий для этого нет, уже были примеры присвоения героям Великой Отечественной войны звания Героя России посмертно. Независимо от того, увенчается ли ходатайство успехом, акция сама по себе очень полезная для пропаганды истории 112-й Башкавдивизии и героической личности Шаймуратова. Сейчас много появляется публикаций на эту тему, телефильмов и телепередач.
Практически всегда в них говорится, что генералу Шаймуратову в свое время не присвоили звание Героя Советского Союза, потому что его по ошибке включили в список пропавших без вести. Действительно, тело генерала из окружения не вынесли, смерть его официально актирована не была. Известно, что в те годы отношение к пропавшим без вести, а тем более попавшим в плен, было очень негативным.
Ветераны дивизии и башкирские исследователи всегда стремились добиться признания подвига Шаймуратова. Но они, как представляется, поневоле стали заложниками той самой порочной логики, которая помешала сразу по достоинству оценить заслуги генерала: «Если считается, что пропасть без вести или попасть в плен лишает оснований на звание Героя, значит, надо доказать, что генерал погиб». Они не могли проводить расследования на месте – у них не было таких полномочий, у них был ограниченный доступ к материалам имеющихся расследований, к архивам. Единственное, на что они могли опираться – воспоминания выживших ветеранов. Некоторые из них видели, как 23 февраля 1943 года при выходе дивизии из рейда по тылам противника Шаймуратов был сбит с коня огнем фашистов. В результате к настоящему времени общепринятой среди башкирских краеведов стала версия о том, что генерал погиб на поле боя. Но все-таки необходимо отметить, что никто из свидетелей последнего боя Шаймуратова не видел его мертвым вблизи. Поэтому данная версия пока остается лишь предположением.
Вполне естественно, что эта версия, которую из самых лучших побуждений, защищая доброе имя Шаймуратова, уже долгие годы отстаивают ветераны и исследователи, очень им дорога. Что она прозвучала во многих публикациях, интервью и передачах, что она выстрадана. Что отказ от нее для многих невозможен по эмоциональным и репутационным причинам. Тем не менее, данная статья ставит целью ознакомить читателей и с другой версией, которая кажется достаточно обоснованной.
1. Кто посмеет утверждать, что в ту пору этой песни еще не существовало? Что она родилась значительно позднее и совсем в другом регионе башкирской земли, чуть ли не на самой южной его оконечности, где протекает светлая река Сакмар и курятся в почтительном отдалении извилистые гребни Ирендыка. Но разве эта песня, вырвавшись из чьей-то певучей гортани, не могла в короткое время перенестись на берега северной Юрюзани и зазвучать в устах не менее прелестных девушек, нежели сакмарские, и, может быть, в каком-то совершенно новом обрамлении, ибо все башкирские песни, как, может быть, и все земные, имеют свойство трансформироваться и видоизменяться в зависимости от импровизаторского мастерства исполнителя, и даже под воздействием иного диалекта языка. Но одно было несомненно: песня та везде и всюду сохраняла свою первородную прелесть. Вот так же свежо и чуть-чуть диковинно звучала она и в исполнении этой девушки шестнадцати лет с длинными черными косами, почти стеклянно отливающими на солнце, которое ослепительно сияло на совершенно чистом, без единого облачка, небе, отчего казалось, что во всем мире царит благостная светлынь и покой. Девушка неторопливо брела, утопая в высокой, пахнущей цикорием и сладкой медуницей траве, и пела эту новую для нее песню вполголоса, предвкушая сладость скорой встречи и не скрывая переполнявшую ее радость. Даже неумолчный звон цикад не мог приглушить ее слегка вибрирующий голос, то вдруг безудержно взмывающей ввысь, то трепетно ниспадающий, как водопад Гюльбика, что неподалеку от их кочевья, куда она нередко ходила вместе со своими наперсницами и они устраивали там то веселье, то задумчиво-тихие хороводы, осыпаемые брызгами водопада, сыплющимися с высокого бурого утеса и стеклянно разбивающимися внизу на тысячи и миллионы радужных осколков. Девушка не спешила, хотя ей не терпелось ринуться бегом к месту их тайной встречи. Ей хотелось продлить радость ожидания, и она готовила себя к ответным куплетам, которые зазвучат где-то впереди, может быть, вон за тем бугорком, поросшим кустами можжевельника и шиповника. Только тише! Только не проявлять своего нетерпения. Только соблюсти приличествующую ей выдержку и меру гордости...
... Прошло около трех месяцев после неожиданной выходки Гульямал, когда к старику пришли две женщины. Эти уже не соседки, одна живет в верхнем, другая — в нижнем конце аула. Обе — невестки со стороны, обе — учительницы, трое младших детей старика, кажется, учились у них. Тогда они были еще совсем молоденькие, приехали в Усман по распределению, окончив то ли институт, то ли педучилище, вскоре вышли замуж за здешних парней. Обе бойкие, речистые, одна с мужем живет, дочь у них растет, школьница, у другой муж года два назад полез, упившись, купаться и утонул, вышла она снова замуж, нет ли — Рамазан не знал.
Не с той же целью, что Гульямал, наверно, пришли, раз вдвоем, с усмешкой подумал старик, впустив их в дом, но почему в столь поздний час?
— Ну, Рамазан-агай, как поживаешь? — Марьям с верхнего конца так же, как тогда Гульямал, задернула оконные занавески, а Марьям с нижнего конца (тезок различают по месту их жительства) положила на стол увесистый пакет и принялась выкладывать из него разную снедь. И тут уж у Рамазана не осталось сомнений насчет того, с какой целью они пожаловали. Ну, совсем спятили бабы в ауле! Неужто не могут найти кого-нибудь помоложе, если мужья их не удовлетворяют? Не сошелся же свет клином на шестидесятилетнем старике! Выгнать, что ли, как выгнал Гульямал? Заколебался старик, не зная, рассмеяться или рассердиться.
Сметана, свежий корот, свежий хлеб и даже горячие еще пельмени... Ничего не скажешь, расстарались и все продумали, выбрали, хитрюги, момент, когда старик остался в доме один, никого из детей нет. И поди ж ты, держатся непринужденно, как хозяйки дома, в мгновение ока, можно сказать, отыскали необходимую посуду, будто сами вчера лишь ее на полку поставили. Старик даже подумал растроганно: вот так же сноровисто собирала на стол его Газиза.
Интересно, как они начнут разговор? Напрямик скажут, чего хотят, или как-нибудь обиняками? Пожалуй, крутить-вертеть, долго тянуть, как Гульямал, не станут, обе бойкие, к тому же их двое, — поддерживая друг дружку, быстро поставят вопрос, как говорится, ребром. Старик Рамазан стал разглядывать суетившихся перед ним гостей оценивающим взглядом, с мужским интересом — бэй, для этого ведь они и пришли!
Марьям с нижнего конца побойчей товарки, ходит, поигрывая бедрами, поглядывает на него, зазывно улыбаясь, при этом на ее щеках появляются ямочки; ростом она не удалась, но лицо приятное — высокий лоб, прямой нос, большие глаза; волосы уложены на голове копной, обнаженные до плеч белые полные руки привлекательны. И в возрасте она в том, когда женщина — в самом соку, полна любви и хочет быть любимой. А Марьям с верхнего конца сдержанней, похоже, не по своей воле пришла, подруга ее уговорила. Она худощава, суховата, но есть в ней что-то, что не бросается сразу в глаза. Она загадочна, как нераскрывшийся бутон. Если раскроется, может быть, окажется, что она азартней, слаще подруги... При мысли об этом кровь старика заструилась быстрей, он почувствовал возбуждение, не беспокоившее его со времени смерти Газизы. Стало быть, не выгорел еще в нем порох!..
— Аулу, Рамазан-агай, грозит беда, — начала разговор Марьям с нижнего конца, когда сели за стол.
— Какая еще беда? — вскинулся старик.
— Мужчины наши пьянствуют, молодежь и того хлеще, уже и к наркотикам потянулась. Даже сопливые девчонки к рюмке прикладываются. Дети рождаются неполноценными — то калека, то идиот...
— Я было подумал — эпидемия, мор, как говорили встарь, грозит или наводнение...
— Это приходит и уходит, а то, о чем я говорю, с каждым годом становится страшней, гибельней. Мы ведь имеем дело с детьми, видим, какие они теперь...
В окрестностях деревни Миндебаево появился албасты. Старики говорили, что эти неведомые лесные твари обретались здесь и в прежние времена. Каков из себя албасты — никто толком не знал. Вроде бы похож на зверя — волосат и глаза в темноте светятся, но ходит как человек, прямо, и сообразителен и хитер тоже по-человечьи. Однако встречи с человеком избегает. Люди, нечаянно встретив его на лесных покосах и ягодниках, бежали в ужасе и потом боялись ходить в лес. А так, кроме страха, никакого вреда людям от албасты не было. По преданию, не боялся албасты только один человек — охотник Гатаулла, который с копьем и ножом хаживал на медведя и уверял, что с албасты несколько раз здоровался за руку. Потом, когда в деревню пришли большевики, албасты в этих краях сгинули — да не только они, но и родственные им лешие, черти, оборотни, домовые, без соседства с которыми не жил природный человек. Старики говорили, что эти жители ночи, дремучих лесов, затаенных пыльных углов, заброшенных развалин сгинули, испугавшись шума людской смуты. Или, быть может, обиделись на большевиков, говоривших народу, что все эти албасты и черти — выдумка темных людей и врагов советской власти. Куда запропастились обитатели лесов и ночей — в дальние места переселились, в чужие ли края подались — никто об этом не знал и никто по ним особенно не скучал. И вот они — вернее, он один, албасты, опять появился в этих краях. Шел первый год войны с немцами, кровавой бойни, которая на свои смертные поля забрала из деревень работящих мужиков и едва созревших для жизни парней. И люди думали, что албасты, испугавшись грохота боев и дыма пожаров, вернулся в уральские леса. Как и в прежние годы, он избегал встречи с человеком, но его присутствие в лесу ощущали иногда косцы, ягодники и пастухи. Валикай Базаргулов на Черной речке рубил березу для волокуши. Оттащил дерево на полянку, вернулся за топором, а топора нет на месте. Куда делся топор, кто украл? Вокруг вроде никого. Сходил на соседние покосы, там косили братья Ильгам и Низам. «Не вы, случаем, свистнули мой топор?» — «Зачем нам твой? У нас свой есть». — «Рубил волокушу, отошел, а топора нет». — «А у нас вчера кто-то унес ведро. В ведре были хлеб, яички и чай плиточный». — «Может, медведь? Вон там кто-то малинник вытоптал». — «А на кой медведю топор да еще ведро?» — «Вот и я думаю: кто, кроме человека, будет красть нужную в хозяйстве вещь».
Юсупов Юлдаш Мухамматович,
ГНУ Институт гуманитарных исследований АН РБ.
Проблема городов Башкирии сегодня значительно актуализируется. Главной причиной этого является выявление ...
Как любит говорить Кувейти, Уфа-2 не перестает удивлять. Да такими темпами, что на попятную пошли борзописцы с «Уфагуб»ы. См., например, статью "В отвал" - это отклик некоего ...
…Два дня назад (15 ноября) наконец-то начались раскопки на городище Уфа II.
Я не знаю, какие перипетии пришлось пережить новым руководителям проекта (археологам Министерства культуры), но как ...
Опрос
В федеральном образовательном стандарте нужно или нет сохранить национально-региональный компонент?
Бывший командир эскадрона Башкирской кавалерийской дивизии Бадри Мамбеткулов носил звание почетного гражданина двух городов - Сибая и Баймака.
